INTERVIEW
ПЕТР РЕЗНИКОВ: «В Британии поначалу спасало только то, что служил я во внутренних войсках» Лингвист и преподаватель Петр Резников — уроженец Ростова-на-Дону, один из немногих русских, кому доверяют воспитание своих отпрысков английские аристократы и российская и мировая элита. В его образовательном центре PRINCE (Peter Reznikov INternational Center for Education) готовят учеников от 3,5 до 23 лет для поступления в частные детские сады, школы, колледжи и университеты Британии. «Элитный детский сад - это не тот, куда ребенка привозят на Bentley, а куда он в свои три года сдает экзамены», - объясняет Резников. За плечами Петра - 25 лет преподавания русского языка и литературы в частных английских школах, 17 из них он провел в Итоне - самом известном британском колледже для мальчиков 13-18 лет. Он стал первым русским профессором Итона за его почти 600-летнюю историю. При знакомстве Резников протягивает руку и представляется просто: — Петр. Но английских студентов заставляю обращаться по имени-отчеству. Выговорить «Zdravstvuyte, Pyotr Vladimirovich» могут только лучшие (смеется). — Тяжело дается русский язык иностранцам? — Очень. Он флективный (слова формируются с помощью приставок, суффиксов и изменяемых окончаний), это необычно для романских языков. Но по своему опыту знаю: англоговорящего ребенка научить читать на русском можно намного быстрее, чем на родном языке. Для чтения на английском нужно выучить правил страниц на семьдесят. В русском же — только 33 буквы, а потом, что видишь, то и произносишь. «Па-па», «ма- ма» они читают после первого 40-минутного урока.   Трудности возникают со звуком «ы», который у нас встречается почти в каждой форме множественного числа. «Грибы» — это очень сложно для англичан. Я так объясняю: нижняя челюсть выдвигается вперед, как у канадских хоккеистов, или как будто жуешь.   И еще в чистом звуке они не слышат разницы между «ш» и «щ», приходится объяснять на словах: щука, Саша. — А вы говорите на идеальном английском? — В 8-м классе школы я считал, что разговариваю как Уинстон Черчилль. А когда поехал в Москву поступать в иняз, услышал: «Минимальная база есть, но для поступления очень слабо». Пришлось знатно потрудиться до экзаменов, чтобы пройти конкурс — 8 человек на место.   Сейчас, спустя 40 лет, я куда скромнее. У всех есть акцент. Британия вообще в этом смысле уникальна. Приехав из Ростова в соседние Шахты, вы, скорее всего, не заметите разницы. Ну, может, москвич услышит наше фрикативное «гэ». В Англии же можно отъехать от дома всего на 15 миль (≈25 км) — и практически не понимать местный диалект. Есть поставленное произношение, которое считается нейтральным, как у нас питерская речь. Так говорят дикторы BBC. Я могу напрячься на несколько минут, но меня все равно поймают. Я сам знаю, как это делается, нас этому учили. Мы ведь даже дышим по-разному. Когда мы, русские, хотим что-то подчеркнуть, то растягиваем гласные: «Москва-а-а». А у англичан ударение делается на согласные: «L- l-london». Научить этим вещам можно только с раннего детства.    По-русски Петр говорит без акцента, как будто не уезжал на десятилетия. Подчеркивает, что работа в Британии — длительная командировка, а не эмиграция. Дома с детьми — только на русском. — Я хочу, чтобы дочь читала Булгакова в оригинале, а не в переводе мистера Гленни, пусть и очень хорошем. А то получится, как на Брайтон-Бич, когда уже в первом поколении говорят: «Вам целым писом или послайсить?» Удерживать язык в форме — это труд. — В России родители уже зачастую не понимают, о чем говорят и пишут их дети. А в Англии распространен сленг? Да все то же самое. Например, orange — апельсин или оранжевый — использовался детьми как восхитительное слово: классно, здорово. Сейчас так скажете, и вас никто не поймет, хотя прошло всего несколько лет. Мне это интересно, я на классном часе всегда мучал итонцев: писал нейтральные слова и фразы и просил подобрать к ним особенно яркие эквиваленты. Буквально спустя месяц проверяю, а они: «Что вы, сэр, так уже никто не говорит!» Особенно меня интересовала тема наркотиков: там самая изменчивая лексика. Две недели назад услышал из диалога британских подростков: «Shall we buy some Calvin Klein?» Думал, тряпки хотят купить. А они сейчас так называют смесь из двух наркотиков. Молодежный язык самый подвижный, что в английском, что в русском. Что касается русского языка: я с удовольствием приезжаю на родину и подпитываюсь, особенно в Ростове, который впереди планеты всей в смысле новой лексики и яркости высказываний. — Что вы рассказываете о родном городе, когда англичане спрашивают, откуда вы родом? — Это вообще один из самых приятных моментов в работе. Все думают: из России, значит, москвич. Всегда с гордостью подчеркиваю, что я из Ростова-на-Дону. Я купил самую большую карту России, повесил на кафедре (она занимала почти всю стену) и каждый урок обращался к ней, неважно, рассказывал ли об истории или литературе. На Ростове всегда стоял большой флажок, студенты знали: там казаки, Солженицын, Шолохов, а рядом Таганрог и Чехов. Вообще старался культурное славянское пространство в Итоне не просто поддерживать, но и расширять. Для популяризации русского языка Резников создал в Итоне славянское общество, на вечерах которого перед студентами выступали известные россияне. Например, Михаил Горбачев или Алексей Смертин. За 17 лет преподавания, по словам Резникова, число итонцев, изучающих русский язык, выросло в 10 раз — с 13 до 130 человек: «Сейчас это самая большая кафедра русского языка в Великобритании». — Вообще, британский «джентльменский набор» — это французский и латынь. Члены их парламента постоянно сыплют латинскими пословицами и французскими идиомами. Считается, что они украшают английскую речь. Эти языки в Итоне всегда были обязательными, а остальные кафедры выживали, как могли. В мою бытность мы эту систему поломали. Объединялись, собрания проводили, меня лично кафедра латинского чуть ногами вперед не вынесла. Латиняне люди неглупые, понимали: дай студентам выбор — они все сбегут. Так и вышло. Как только система стала более гибкой, у нас сразу пошел набор.    Это моя личная радость и гордость. В Итоне 1300 студентов, и каждый десятый выбирает русский. На кафедре 10 языков, преподаватели бьются за каждого ученика. Конкуренция огромная, и ты не просто учитель — ты маркетолог. Все на себя тянут одеяло: выстрелил русский — немцы сразу расстроились, ввели китайский — у японцев просело. Когда я уходил, директор сказал: «Тебя еще лет на пять оставить, и нас захватят коммунисты». — Кстати, почему вы ушли? — В работе в школе-пансионе есть свои плюсы и минусы. В Итон нельзя попасть, будучи просто хорошим специалистом-предметником. Учителя практически заменяют родителей. Нужна помощь в учебе? К нам. Поплакаться в жилетку? Тоже к нам. Ты играешь в теннис, возишь на футбольные матчи, патрулируешь территорию, репетируешь по ночам в театре, сопровождаешь в поездках за границу… Ты с учениками фактически 24 часа в сутки.    Ну, вот примерное расписание: два урока, кофе, еще два урока, с обеда домой, переоделся и на поле рванул — тренировать свою команду. Потом быстро в душ, и еще два урока. Вечером в общежитии «пасешь». Или, например, я иногда встречал гостей славянского общества. Бабочку нацепил, и поехало: экскурсия по Итону, ужин, в 20:45 заседание, в 22 ровно разгоняешь детей спать, гостя «выпиваешь-покоишь» — и так каждый день. Если в полпервого ночи попал в кровать — это нормально, неплохо уложился. Есть такой фильм — «Последний забой». В Ростовской области снимался, посмотрите, хороший. Ты все время в забое. Если он тебе нравится — это в удовольствие, если нет — не выдерживаешь.    Плюсов — полно! Живешь на территории — не надо толкаться в метро два часа, у тебя прекрасный домик на берегу Темзы, кормят хорошо, и, главное, такие дети! Они все хотят учиться, все амбициозные, красавчики. Атмосфера взаимоуважения: ты уважаешь детей, они — тебя. Приятно, согласитесь, когда принц Гарри говорит тебе: «Сэр».    Я удовольствие получал огромное, люблю работать с детьми. Но после 25 лет преподавания в таких жестких условиях немножко выгорел. Батарейка подсела. — Насколько профессия учителя престижна и высокооплачиваема в Британии? — Зарплата растет первые 7-10 лет со стажем, потом, чтобы зарабатывать больше, надо повышать нагрузку. Знаете анекдот? В темном переулке на Марь Иванну нападает грабитель и требует отдать часы, а она ему: «Часы не отдам, забирай классное руководство».    Обычный учитель в Британии может позволить себе маленький домик, автомобиль и ежегодный отпуск в Испании с двумя детьми. Скромная по местным меркам, но достойная жизнь. Самые умные не всегда выбирают преподавание, в бизнесе можно больше заработать. В учителя идут те, кто реально любит работать с детьми. Многие хотят попасть в частные школы: классы меньше, платят больше. Но учителей в Англии все время не хватает. Даже в топовых школах. — Поначалу сложно было преподавать в Британии? — Довольно сложно, несмотря на неплохой язык. Культурный шок был огромный. Из Москвы я попал не в Лондон, а в Уэльс. Вчера десятитысячная толпа заносила меня в метро, а сегодня вокруг — деревня на пять тысяч жителей, холодное Ирландское море и совсем другие люди. Но вот чем мне нравятся наши детские годы. Советская система учила нас социализироваться, а это оказалось в жизни самым главным. Если человек умеет находить себя в обществе, ему нетрудно потом обучиться чему-то техническому, это вторично. Я это и всем родителям стараюсь объяснить. Они всегда как хотят? «Сына — в Итон, дочку — в Сент Полс». Причем независимо от возраста, способностей и уровня подготовки. Не всем нужно в Итон. Есть определенные критерии, которым должен соответствовать ребенок, чтобы туда поступить. Я часто повторяю: всему, что в жизни по-настоящему важно, в школе не учат. Не заморачивайтесь на бренды. Марк Твен говорил: «Я никогда не позволял школе вмешиваться в мое образование». — Почему все хотят в Итон? — Мой любимый аргумент от родителей: «Нам только туда, потому что там учился принц Уильям и король Норвегии». Но вообще-то есть несколько причин, почему Итон — одна из самых известных английских школ.    Во-первых, она одна из самых старых. Через 21 год Итону будет 600 лет, все это время система работает, как швейцарские часы.  Во-вторых, идеальное расположение: Итон стоит на берегу Темзы в 30 км от Лондона и недалеко от аэропорта Хитроу, рядом с Виндзорским замком XI века. Знаете британскую шутку? Джоржд Буш говорит: «Хороший у вас замок, но зачем его так близко к аэропорту построили?» И, в третьих, Итон основан Генрихом VI, всегда попадал под монаршее покровительство и до сих пор находится под патронажем Ее Величества. Причем со дня основания колледжа 70 беднейших, но умнейших студентов отбирались по конкурсу, и их обучение оплачивалось королевской казной. И сейчас мама-одиночка может устроить сына в Итон, и колледж это оплатит, если у него есть способности и трудолюбие.    Всего в Итоне три категории студентов. King's Scholars — те самые королевские стипендиаты, как и преподаватели, помимо фрака носят мантии. Так что если увидите в Лондоне ребенка в мантии, знайте: это все равно, что в России победитель физико-математической олимпиады. Человек, который в 13 лет уже сделал серьезную заявку на успешную карьеру. Вторые — Oppidans, которые чуть не дотянули до стипендии, и третьи — все остальные, еле пробились, так сказать. Кстати, Дэвид Кэмерон и Борис Джонсон  были в одном потоке. Борис был королевским стипендиатом, причем number one, а Кэмерон не попал даже в Oppidans, так, обычный итонец. Поэтому когда Борису выпало счастье управлять столицей, он шутил: мол, почему я, самый умный, только мэр, а ты руководишь страной? Ну, он своего дождался.    Так уж сложилось, что почти треть премьер-министров Великобритании — выпускники Итона. Почему? По разным причинам. Одна из них: в Итоне не просто объясняют предметы, а учат служить отечеству. Поэтому многие уходили офицерами на Первую и Вторую мировые войны.    Чем мне нравится английская система образования — она заставляет думать с самого начала. Англичанам неважно, какого числа была битва, угадал век — уже нормально. Главное понимать, что там происходило. Тем более, современные гаджеты позволяют убрать всю информационку — цифры, даты — в карман. В Англии учат спорить. Если ты можешь обосновать свою точку зрения — ты выиграл. И во всех колледжах, кстати, есть школы дебатов. Это позволяет растить людей, которые не соком обливают оппонентов, а аргументировано и с уважением отстаивают свою точку зрения.    И связи, конечно. Не вась-вась, «мы учились с тобой в Итоне, возьми меня к себе в банк». Нет, просто у них определенное понимание стандартов интеллектуального развития. Англия очень традиционна, и только по резюме я уже имею четкое представление о человеке. А после минуты разговора могу понять, что он учился в частной школе. — В Итоне строгая дисциплина? — Официально запрещено курить. Если студента ловят с сигаретой, его предупреждают, ставят на учет в поликлинику. Если уговоры не действуют, с разрешения родителей отправляют к психологу. Если и это не помогает, преподаватели ставят в известность родителей, что психолог не помог, и закрывают глаза — если студент не наглеет и занимается этим в укромных местах. В учебном корпусе курить нельзя, поймают в комнате — выпишут огромный штраф. Это уже вопрос пожарной безопасности.    По поводу наркотиков во всех топовых школах работает очень жесткое правило, оно прописано в контракте. Если поймали с легкими наркотиками однажды — берут на заметку, во второй раз — без суда и следствия студент с вещичками до вечера должен покинуть территорию. Никакой юрист не поможет.    С гаджетами постоянно все меняется. Сначала они были категорически запрещены во всех английских школах. Потом конкретно в Итоне был момент, когда поступали какие-то террористические угрозы. Специально разработали систему безопасности, и каждый ребенок и преподаватель был обязан носить с собой телефон.    Сейчас исходят из целесообразности гаджетов. Во всех классах есть учебные айпэды. А телефон выдается до уроков и после них — до отбоя. — Насколько дорого там учиться? — Частное образование может себе позволить только 7% населения Англии. Итон выдерживает среднюю ценовую политику, сейчас это около 40 тысяч фунтов в год по системе «все включено». Есть школы, которые берут 55 тысяч, хотя и близко не стоят в смысле репутации и академических стандартов. Но там зато есть «нумера» с видом на Биг Бен и лифтами: прямо в пижаме спускаешься в учебный класс. Многим нравится. — Отпрысков каких знаменитых фамилий вам довелось учить? — За время моей работы кого только не было: и члены королевской семьи, и дети успешнейших бизнесменов со всего мира. Я учил потомков основателей Mercedes-Benz и Levi's, владельца BMW, исполнительного директора корпорации Sony. И они попали в Итон не потому, что папа мог заплатить. Эти дети поступили за свои заслуги. — Студентов-иностранцев много? — Как и в любой топовой школе, действует правило десяти процентов: больше иностранцев не пускают. Причем эти 10% не могут быть исключительно русскими или китайцами. — Легко ли там русским? — Я копался в архивах и узнал, что Иван Грозный отправлял пару студентов в Итон в надежде, что они обучатся и вернутся. Но они остались в Англии. Второй заезд был при Петре I. Он и сам приезжал, есть даже легенда о его визите. Якобы в доках, где он снимал жилье, приглянулась ему англичанка. И пьянки-гулянки такие были — ух! — как мы умеем. В общем, он уехал, она родила. Мальчика назвала Питер, дала свою фамилию — Казенс. Он выучился на художника и потом преподавал изобразительное искусство в Итоне.    Первый советский студент — Ермолай Солженицын, сын диссидента №1. Проучился год или два, а потом они с Александром Исаевичем уехали в Штаты.    Первые официальные студенты из России начали появляться с 1992 года. Начали с одного, а, когда я уходил из Итона в 2015 году, было около 25 русскоязычных студентов: и из Украины, и из Армении, но в основном россияне.     Конечно, они приходили ко мне и пожаловаться, и похвастаться, со многими общался. В принципе нормально себя там чувствовали. Но дети разные. Многие вливались и прекрасно учились. Были вальяжные ребята из довольно состоятельных семей, ходили делать себе facial. Англичане над ними посмеивались. Были товарищи очень амбициозные даже по английским меркам. Ставили себе высокую планку, удивляли местных. Но, в целом, в Итоне очень культурная публика. Никого не шпыняют за то, что он русский. — Что вы скажете о летних языковых школах и лагерях, которые стали популярны в последнее время? — Если вы настроились отправить ребенка в одну из лучших школ Британии, то лагеря — как мертвому припарки. «Английский в совершенстве за две недели» — это легенда для неопытных пионеров. Если ребенок хорошо учится в той же ростовской 36-й школе, у него такие же шансы. Но в лагерях есть свой резон: съезди, посмотри, подыши английским воздухом. Понравилось? Значит, появилась мотивация. И уже не мама с папой хотят, чтобы ребенок учился в Британии, а он сам. — Насколько английский, преподаваемый в российских школах и вузах, отстает от современного языка в самой Англии? — Нет возможности пристально за этим следить, но везде, конечно, по-разному. В прошлом году я был на открытых уроках в двух российских школах. Одна меня потрясла и качеством преподавания, и уровнем языка. Я слушал и понимал: эти дети куда угодно поступят. А вторая меня удручила. На уроке английского разбирали «Войну и мир», а получился роман Фадеева «Разгром»: настолько все чудовищно и старомодно. Я много поездил по миру и вот что скажу: наши дети — ангелы. Выдержать 20-минутные загоны про Льва Толстого может только наш многострадальный терпеливый русский ребенок. В Англии за такое студенты бы меня порвали на мелкие лоскутки.    Я же тоже такой приехал: дидактический подход, устаревшие методы, никакой визуалки. Меня спасло только то, что я служил во внутренних войсках. Повидал зоны в свое время, поэтому был, во-первых, уверенным в себе, а во-вторых, «по фене ботал». Увлекал английских детей: «Не по себе шуршишь, кулечек», «меня в Дону все рыбы знают» (смеется).    Вот эти наши отполированные «Сто золотых сочинений» — это ужас. Методы преподавания меняются, и ты должен, просто обязан все время адаптироваться. Тем более, сейчас, в эпоху цифровой информации. Я сам разработал программу по грамматике, записал видеолекции и на уроке только кнопки нажимал, а дети смотрели на экран. Тут Кобзон запел, тут Чебурашка что-то брякнул — дети на это прекрасно реагируют.    Наши учителя в России, да и в Англии многие, иногда говорят: а кто сказал, что образование должно быть интересным? А я по этому поводу всегда рассказываю анекдот. Пришла в школу молоденькая учительница: — Дети, я знаю Бахтинский круг и методику Макаренко, сейчас буду учить вас географии. А Вовочка с первой парты в ответ: — Да пошла ты со своей географией. Она в слезах к директору, тот говорит: — Сейчас разберемся. Это же дети, их сперва надо заинтересовать. Заходит в класс и спрашивает: — Дети, кто может презерватив натянуть на глобус? Тишина в классе, и Вовочка спрашивает: — А что такое глобус? А об этом вам расскажет ваша новая учительница! Анастасия Шевцова (www.nationmagazine.ru)
HOME HOME
© RussianUK. Alll rights reserved Tel: 0208 445 6465