© RussianUK. Alll rights reserved Tel: 0208 445 6465
HOME HOME
GOURMET
ФАЙВ-О-КЛОК НА ЯХТЕ SUNBORN Текст: Катерина Олдридж Недавно меня пригласили на мой любимый традиционный английский чай  на яхту Sunborn (Sunborn Yacht Hotel London, Royal Victoria Dock, E16 1SJ, www.sunbornhotels.com/london), пришвартованную в лондонских доках. Английский  afternoon tea, плавно переходящий в ранний ужин, и во много раз превосходящий его по калорийности и количеству съеденного, – любимое мое времяпровождение. Эту добрую традицию я всем сердцем (и желудком) уважаю и чту, о чем мои постоянные читатели знают, поскольку я неоднократно об этом писала. Правда, я живу на севере столицы, и в Docklands бываю редко.  Одно из навигаторных приложений (не буду называть, чтобы не позорить, скажу только, что тот еще Сусанин!), посоветовало мне ехать с минимальным количеством пересадок – до станции West Silvertown, а там всего десять минут ходу, через мостик – и на месте.  Был прекрасный, холодный, но солнечный день, и пробежаться десять минут по новым для меня местам показалось даже заманчивым. Пробежалась. Подхожу к мосту, и вижу, что он висит где-то высоко в небесах, и как на него забраться – совершенно непонятно. То есть зигзагообразная железная лесенка, типа пожарной, похожая на поставленные друг на друга стремянки, есть, но не могло же это не названное мною приложение всерьез думать, что я, будучи еще в здравом уме, по этой лесенке полезу! Для нагнетания атмосферы над входом на лесенку висит объявление от Самаритян, что, мол, этот мост особо популярен среди самоубийц, и если вдруг чего, то вот вам телефон, свяжитесь сперва с нами. Вокруг ни души, хотя суббота и три часа пополудни, и погода все еще прекрасная. Достаю телефон, чтобы вызвать добрый Убер, и попросить его перевезти меня на тот берег по какому-нибудь другому мосту. Как раз в этот момент на набережной появилась молодая пара с ребенком. Бросаюсь к ним за советом и помощью. Оказалось, что на мост поднимаются дрожащим и дребезжащим лифтом, подобным тем, на каких в триллерах злодеи поднимаются на верную кончину. Молодые оказались местными, и поэтому знали, где находится секретная кнопка вызова и откуда нежданно появится лифт. На людях я собралась, приободрилась и постеснялась попросить их перевести меня на ту сторону. Держась побелевшими пальцами за стенки бряцающего сооружения, дала ему поднять себя наверх. Там оказалось ветрено. Не настолько, чтобы мне всерьез опасаться, что меня сдует, но достаточно, чтобы во сто крат увеличить мой страх. Одна-одинешенька, на полусогнутых дрожащих ногах, хватаясь за что попало, почти переползла на другой берег, и ввалилась на яхту Sunborn, где милая официантка, видя мой растерзанный вид, предложила сразу горяченького чайку. Я сочла такое предложение неуместным, сказав, что спасти меня может только алкоголь. И полилось рекой шампанское Laurent- Perrier всевозможной винтажности, выдержки и степени сухости. Жизнь забулькала веселыми красками. На обратном пути, кстати, оказалось, что яхта стоит у самого выхода из станции метро Customs House, минутах в двух ходьбы и безо всяких мостов!    Придя в себя, я смогла оценить красоту пейзажа – с яхты открывается великолепный вид на Сити. И конечно, пить чай, а лучше шампанское, любуясь рекой, синим небом, сверкающими окнами небоскребов на другом берегу – ради этого стоило дрожать от страха на мосту! Летом можно будет сидеть даже на открытой палубе! Яхта оформлена в стиле океанского лайнера, только в очень уменьшенном размере. В фойе доминирует блестящая позолотой парадная лестница, вроде той, по которой на лайнерах дамы в туалетах от самых модных кутюрье спускаются к ужину. Когда на некоторых лайнерах упразднили такие парадные лестницы, то спрос на каюты первого класса в них заметно упал. Ну действительно, зачем пересекать океан, если не будет возможности щегольнуть нарядами? Так вот на Sunborn парадная лестница в полном порядке, и по ней действительно поднимались и спускались дамы в великолепных платьях – в соседнем зале играли свадьбу. После трех видов Laurent-Perrier (La Cuvee Brut, Cuvee Rose и Vintage) мы с подругой (которая пользовалась другим навигационным приложением, по мосту не шла, и на мой взгляд, шампанского не заслужила) весело перешли к самому чаю.    На трехэтажном подносе нам принесли всё, что полагается подавать на файв-о-клок: бутерброды, сконы и пирожные. На нижнем подносе были традиционные бутерброды – с сыром и томатным чатни, с рубленным яйцом и майонезом, с копченой семгой, и мой любимый – с огурцом на белом хлебе с маслом. По случаю Рождества к ним был добавлен еще небольшой бутерброд с индейкой и клюквенным вареньем.   На среднем подносе лежало самое, на мой взгляд, ценное – коржики-сконы.  В соответствии с чайным каноном к ним прилагались вазочки с густыми сливками, и с клубничным вареньем. Сконы в Sunborn оказались отменными, испеченными по всем правилам, рассыпающимися и тающими во рту.    Верхний поднос – для пирожных. Собственно, именно пирожными один файв-о-клок и отличается от другого, - все остальное подчинено традиции. Конечно, и сконы и бутерброды могут быть хорошими или плохими, дело тут в качестве продуктов и фантазии шефа, в чем я не раз убеждалась. Но потрясти воображение и вкусовые рецепторы бутербродами все-таки сложно. Тем более, что корка хлеба (самое вкусное) в приличных домах должна быть срезана. На яхте пирожные порадовали: первым был Баттенберг – двуцветный бисквит, на срезе которого коржи соединены в шахматном порядке, покрытый марципановой глазурью. Считается, что торт получил своё название в честь бракосочетания внучки королевы Виктории, принцессы Виктории Гессенской, с принцем Людвигом Баттенбергом в 1884 году. За ним следовали очень аппетитный шоколадно-присоленный итальянский макарун и традиционный английский десерт – трайфл из зимних ягод в стаканчике. Для Рождественского настроения ко всему этому очень удачно был добавлен еще и замечательный, маленький, но такой любимый народом традиционный mince pie.  Все трудности и страхи были позади, и я, сомлев от удовольствия, пожалуй, даже простила создателей того навигатора. «Файв-о-клок» для веганов Постный английский полдник «Файв-о-клок» звучит нелепо, как противоречие терминов. Файв-о-клок должен быть со сконами со сливками, бутербродами с семгой, мясом и яйцом, и, разумеется, пирожными! Однако, оказывается, вполне возможен и постный вариант, что мне доказал шеф-повар ресторана Town House at The Kensington (109-113 Queen's Gate, London, SW7 5LP, тел.:  +44-207-589-6300, www.townhousekensington.com). В Town House мы отправились с мамой. Она, несмотря на возраст, могла себе позволить все и помногу, а я - только постное. Но еще до подноса с полдником в качестве закуски маме подали: пирожок киш из броколли и стилтона со шропширской фермы Colston Bassett (самой известной и выигравшей немало наград молочной ферме, специализирующейся на так называемых «голубых сырах»), пирожок из стейка с элем и крабовый пирожок. Меня тоже не обидели. Мне принесли маленькое жаркое из капусты и картофеля «Bubble and squeak», пирожок с грибами и луком и тостик с в меру острой сальсой из авокадо. Я не ожидала, что до основных яств нам принесут еще и такую замечательную закуску, но дело было в три часа, мы проголодались и с огромным аппетитом все это съели. А затем началось самое удивительное, ради чего мы собственно и пришли. В Town House придумали полдник, посвященный наиболее известным и узнаваемым достопримечательностям Лондона. Для начала официант принес нам карту Лондона, с выделенными на ней достопримечательностями, которые мы будем есть. Затем на стол поставили два колеса обозрения London Eye, груженных всякими деликатесами. На одном, для мамы, были, как положено, бутерброды с семгой, с холодной курицей, с яйцом и салатом кресс, и, разумеется, мой любимый -  с огурцом. На мамином «колесе» он был с маслом. Еще у нее был бутерброд с мягким сливочным сыром и соусом песто из растения любисток, о котором я раньше не слышала, но, как оказалось, песто из него получается замечательное, я тоже попробовала. Правда, мне сделали песто без сыра. Мой бутерброд с огурцом был, разумеется, без сливочного масла. Но сам огурец был чуть-чуть маринованный, почти что малосольный, и мне это так понравилось, что я даже попросила официанта принести еще один. Остальные мои бутерброды были с копченым помидором и рукколой, с хумусом и острым перцем, и с кабачками-коржетами и песто из любистока. Коржики-сконы у мамы были традиционными, у меня – постными, но вполне допустимыми. Но главное, конечно, это пирожные: посреди каждого из наших London Eye, на средней полке красовались небоскребы The Gherkin и The Shard, Big Ben и красная телефонная будка. Они выглядели настолько игрушечными, даже сувенирными, что не верилось, что их можно есть. Мамин Gherkin был из белого шоколада с шоколадным кремом ганаш внутри, а мой – из горького шоколада с начинкой из клубничного мусса.  Мамин Shard оказался морковным тортом, покрытым молочным шоколадом, а мой – специальным постным морковным тортом, покрытым темным шоколадом. Big Ben у мамы был лимонным печеньем, у меня – постным лимонным Наполеоном. Что касается телефонных будок, то у мамы она была из ревеневого мусса, а у меня из замороженного парфе из малины и ревеня. Надо ли говорить, что все эти деликатесы были невероятно вкусны, нежны и вообще незабываемы! Мы сидели возле камина, в нем потрескивали горящие поленья, за окном, разумеется, шел дождь, что создавало потрясающе «английскую» атмосферу. За соседними столиками сидели в основном лондонские дамы средних лет, с хорошими манерами, неспешно и негромко о чем-то беседовавшие и красиво управлявшиеся в тонкими фарфоровыми чашками и блюдцами. Чувствовалось, что дома они тоже пьют чай из чашек с блюдцами.